ВОСПОМИНАНИЯ О СМЕРТИ: СТР. 77

оглавление

На предыдущую страницу

Поскольку доктор Нойс интерпретировал эти опыты как психологическую реакцию на подавляющую угрозу смерти, он чувствовал, что человек, находящийся в опасности, должен воспринимать неизбежность собственной смерти ДО того, как разовьется синдром деперсонализации. Другими словами, восприятие смерти служит в качестве спускового крючка для реакции деперсонализации. Продолжим с доктором Нойсом:

 Субъективные отчеты говорят о том, что главная предпосылка для их [околосмертных опытов] полного развития – это восприятие [выделение доктора Сабома] неизбежной смерти… [В противном случае] претерпевшие остановку сердца могли не иметь подобных опытов, если не были уверены в близости смерти.

Доктор Ричард Блэчер в ранее упоминавшейся в этой главе заметке также чувствовал, что личностное осознание смерти было ключевым ингредиентом в развитии субъективного опыта на границе жизни и смерти:

Во-первых, ясно, что эти [околосмертные] опыты возникают только тогда, когда остановка сердца постепенна [выделение доктора Сабома]. Подобных опытов нет при приступах Стокса-Адамса [внезапной потере сознания без признаков остановки сердца], во время которых пациент не описывает психических ощущений при внезапной остановке сердца.

Таким образом, согласно и доктору Нойсу, и доктору Блэчеру, если человеку не предоставлена возможность восприятия неизбежности собственной «внезапной смерти», развития субъективного опыта (такого, как околосмертный) ожидать не следует.

При исследовании околосмертных опытов я обнаружил несколько случаев, связанных с потерей сознания и остановкой сердца при синдроме Стокса-Адамса, на который ссылается доктор Блэчер. Более того, некоторые из этих лиц описали околосмертный опыт, происшедший после потери сознания при приступе. Одним из таких случаев был случай с фермером средних лет из Северной Флориды, которого я принимал в Гейнсвилльском госпитале по причине острого сердечного приступа и временных эпизодов полной сердечной блокады (полной остановки сердца). Пока я подготавливал к экстренному размещению кардиостимулятор, у мужчины произошло несколько эпизодов полной сердечной блокады, во время которых он мог внезапно терять сознание посреди разговора. Мог возникнуть большой эпилептический припадок во время этих эпизодов, становящихся все более длительными. После размещения кардиостимулятора я опросил этого мужчину, и он поведал мне нижеследующий околосмертный опыт, происшедший до его поступления в госпиталь:

Я пересекал стоянку, чтобы сесть в свою машину… Я вырубился. Не помню, как ударился о землю. Помню лишь, как я был над машинами, плыл. Было реально забавное ощущение, плывучее. Я даже смотрел вниз на свое тело, четверо или пятеро человек бежали ко мне. Я слышал и понимал, что они говорили. У меня было реально забавное чувство. Вообще не было боли. Я ее не чувствовал. Потом, когда я пришел в чувство и был в своем теле, было больно в затылке, где я ушибся о бетон. (I-20)

Этот мужчина столкнулся с околосмертным опытом, хотя не имел времени для полной оценки неизбежности своей «смерти» в психологическом смысле.

Еще одно различие между исследованием доктора Нойса и моим – критерий выбора. Доктор Нойс прежде всего фокусировался на лицах, которые при смерти были психологически, а не физически. Вместе с тем, он опросил малую группу субъектов, которые одновременно были в опасности и психологически, и физически (т.е., «группу серьезно больных»), но нашел сообщения последних существенно отличными от сообщений лиц, кто спасся лишь от «психологической» близости смерти:

 Группа серьезно больных была явно девиантна, показывая высокую частоту по большинству пунктов (оцениваемых в данных опытах) и дублирование по многим. Лица данной группы также отличались в отношениях к обстоятельствам их опытов. 80% считали себя умершими, 71% теряли сознание, и лишь 50% прилагали усилия ко спасению. Следовательно, ответы этой относительно малой группы были исключены из дальнейшего анализа.

 В другой статье доктор Нойс вновь подчеркивает эти различия между опытами, сообщенными психологически и физически находящимися под угрозой лицами:

Кажется важным отметить, что существует великое различие околосмертных опытов. Те, что были изучены автором [Нойсом], сообщены были теми лицами, кто находился психологически – но не обязательно физически – близко к смерти. Иной тип опыта был описан теми, кто едва избег смерти от физической болезни, остановки сердца и т.д.

Таким образом, теория доктора Нойса о «деперсонализации пред лицом смертельной опасности» - это гипотеза, основанная на опытах людей, воспринявших близость смерти психологически. Лица, едва избегшие физической смерти (такие, случаи которых описаны в моем исследовании) описывали иной тип опыта, который часто излагался без ясного вещего ощущения неминуемой смерти. Таким образом, психологическая теория деперсонализации не принимается во внимание для околосмертных опытов, сообщенных людьми, выжившими в эпизодах потери сознания и физической близости смерти. 

На следующую страницу

tags:

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Back to Top